«Туман рассеялся, все выглядит иначе» (о романе Андрея Дмитриева «Этот берег», Время, 2021)

Новенькая, ученица выпускного класса, дочь офицера авиации, сразу же прозванная одноклассниками Капитанской Дочкой, просит разрешения у учителя-словесника (почти пенсионера, почти шестидесятилетнего) поговорить с ним о литературе после уроков. Она начитана, но знания ее сумбурны и бессистемны. А учитель и рад «поощрять внеурочной интерес к предмету», и вот они уже часами гуляют по льду озера на виду у всего городка, обсуждая Гумилева и Асадова, Льва Толстого и Анатолия Алексина. Что дальше? Разумеется, скандал, заявление в полицию, из школы приходится уволиться, жена выгоняет из дома и даже продает букинистам собранную за всю жизнь библиотеку. Вам кажется, что рассказано уже слишком много? О нет, это всего лишь преды́стория, точнее то, что повествователь предъявляет в качестве предыстории; настоящая, кстати, будет обнаружена на последних страницах, когда уже устанешь удивляться композиционным и жанровым кульбитам. К предыстории и особый, отвлеченный интерес автора: «Всякая история венчает собой предысторию и вытекает из нее» — это примерно из середины романа.

Текст держит в стойком недоумении до самого финала: начавшись как некая «антилолита», он превращается в рассказ о спасительной дружбе и чуть ли не в тренинг личностного роста, далее трансформируется в трагедию (не комедию, к сожалению) положений, но вот ты понимаешь, что читаешь детектив (расследование с полицией и следователем в основе главной сюжетной линии), нет, постойте, или это все-таки туманный хоррор (да еще с экстрасенсами)? И продолжая, вдруг обнаруживаешь себя за чтением пацифистского памфлета («Не бойся Украины!»), из которого автор умудряется вырулить в философский роман о смысле жизни и великой любви. Роман, кстати, неожиданно короткий, на две с половиной сотни даже не страниц, а страничек (книга небольшого формата), читается за сутки (разумеется, не оторваться), но создает стойкую иллюзию большого текста и закономерным образом оказывается в финале «Большой книги».

Недоумение вызывает даже не столько этот жанровый коктейль,  сколько образ главного героя, бывшего провинциального учителя литературы, от лица которого ведется повествование. Прежде всего, с первых же страниц ему трудно верить — в нем неизбежно подозреваешь ненадежного рассказчика (остаётся лишь гадать, о чем именно он умалчивает). Так ли он был безупречен в ситуации со своей лолитой (Капитанской Дочкой), как рассказывает, ведь мы видим, что он старательно не хочет замечать влюбленность в него женщины-ровесницы (Агнессы), но зато регулярно оказывается рядом с тринадцатилетней девочкой (Татьяной). Изначально вся история, — анекдотическая, по сути, ситуация: «только жить начинаю — на пенсию перехожу». Мало того, что этот пенсионер-интеллигент, проработавший всю жизнь в школе маленького городка, вынужден пуститься в бега, но он постоянно выкидывает что-то неожиданное: то сделается искусным кулинаром, то ночь напролет графоманит (вставная новелла про экстрасенса из города Пирятина), то вот, пожалуйста, пилотирует самолет (а что такого? почему бы и нет?). Только вот обнаружить эмпатию, сонастроиться с таким героем как-то не получается, он из тех учителей, которым ученики не верят (потому что чувствуют внутреннюю фальшь), и временно поверившая ему Капитанская Дочка здесь, скорее, исключение, но и она ведь с ним едва знакома — она же новенькая в 10Б. Мы не узнаем имён ни Капитанской Дочки, ни жены, ни детей главного героя, да и он сам обретет имя только на предпоследней странице —  наконец-то он заслужил его,  перестал быть «никем». 

В центральной части романа удачно создана атмосфера внутреннего напряжения и страха, когда непонятно, кто злодей, да и есть ли он? (Отчасти напоминает сходное напряжение в недавнем «Уране» Ольги Погодиной-Кузминой.) Автор старательно напускает густого тумана — в прямом и переносном смысле, вынуждает (и героев, и читателей) стать подозрительными, вообразить то, чего нет, и не увидеть очевидного.  «Чья-то тень метнулась прочь…» — такого в тексте предостаточно. Нелепости и случайности, недопонимания и подозрения — туман, туман… Страх становится почти персонажем и предметом центрального диалога между главными героями — бизнесменом Авелем и бывшим учителем, а теперь комендантом базы отдыха (а заодно личным помощником и чуть ли не другом Авеля). «Ты чувствуешь присутствие опасности, но не знаешь, где она и в чем она; ты, самое забавное, не знаешь, существует ли она вообще, или это у тебя просто разыгрались нервы… Боязнь страха — это самый гадкий страх. Боязнь беспричинного страха — самый дурацкий страх». И разумеется, страх заставляет проявить суть характера. 

На фоне исключительно положительного, всем помогающего и надёжного Авеля главный герой, неудачливый и при первой возможности пьющий алкоголь (хотя вроде как это не проблема, и он не алкоголик) выглядит не очень-то выгодно. Они ровесники, обоим за 60, но инфантильность повествователя очевидна; рядом с Авелем он как будто получает возможность расти внутренне, регулярно наблюдая его безупречность. Как персонаж Авель несколько смущает своей чрезмерной положительностью; единственный его недостаток — ссоры с женой Варварой, которая, впрочем,  оказывается ещё более положительной, чем ее муж. Наименее правдоподобный персонаж во всей этой истории — сама Капитанская Дочка; характер ее совершенно не ясен; стиль писем странен для двадцатилетней . А ее первое письмо спустя годы написанное бывшему учителю вызывает опять-таки недоумение: «Куда Вы от нас пропали?» — как будто и не было никакого скандала!

«Этот берег», берег высокий, красивый и коварный, — заглавие очень удачное, но понимаешь это, только дочитав роман до конца; завязка истории (знакомство героя с Авелем), большая часть действия и трагическая развязка происходит на берегу, но подробнее объяснять не берусь, дабы не множить спойлеры (и так более, чем достаточно), просто при чтении, при попытке (как во всяком детективе) найти ответ на вопрос «куда же пропали дети?» название стоит не упускать из внимания.  

Опубликовано Татьяна Веретенова

Филолог, литературный критик.